Как человек стал великаном

Маршак Илья Яковлевич

Наука принимается раздвигать стены

II - Глава первая

Наука росла не по дням, а по часам. И ей скоро стало тесно в прежнем маленьком мире. Старые стены душили ее. И она принялась раздвигать эти стены, упираясь в них обеими руками.

Много веков люди думали, что земля накрыта небом, словно опрокинутой чашей.

И вот края неба стали отодвигаться от краев земли. Небо оторвалось от снежной вершины Олимпа. Оно становилось все выше и выше. Земля повисла в воздухе. Небо было и внизу — под ногами. Там больше не оставалось места для темного подземного царства.

Все дальше расступались небесные стены. И скоро уже не стало стен. Вокруг была беспредельность. И в этой беспредельности среди бесчисленных миров свободно парила Земля

Так был изображен мир в первой научной книге, изданной двадцать пять веков назад. Эту книгу о природе написал друг и ученик Фалеса Анаксимандр.

Ученик пошел дальше учителя. Фалес думал, что Земля качается на волнах океана, как плоский круглый плот. А его ученик оторвал Землю от опоры и заставил ее повиснуть в беспредельном пространстве.

Он еще не знал, что Земля — шар. Она казалась ему отрезком колонны — ведь надо же было дать земному диску какую-то толщину. Но эта колонна не поддерживала свод и не опиралась на фундамент.

Беспредельное!

Нам трудно представить себе бесконечное пространство Мы до сих пор говорим о небесном своде, о небесной тверди, как будто небо — это крыша над нашей головой.

А две с половиной тысячи лет назад люди не только так говорили, но так думали, так видели

Какая же нужна была смелость, чтобы отвергнуть то, что видят все, чтобы сказать: мир безграничен, у него нет пределов ни в пространстве, ни во времени!

У вселенной нет начала и нет конца. Так думаем и мы теперь. Но когда земляки и современники Анаксимандра смотрели в прошлое, им казалось, что всего только несколько веков отделяют их от того времени, когда боги построили мир.

Даже путешественник Гекатей — и тот думал, что всего только пятнадцать поколений отделяют его от божественных предков.

Пятнадцать поколений, шесть веков, а дальше — сказочные времена, когда от бессмертных богов еще рождались смертные дети.

Анаксимандр тоже смотрел в прошлое. Но он и тут видел дальше, чем другие. Он видел то время, когда не от богов, а от животных произошли первые люди. Он уже догадывался, что не вниз — от богов к человеку, а вверх — к человеку от животных — шла дорога.

«Вначале,— говорил Анаксимандр,— человек был подобен рыбе. А первые животные родились во влаге. Они были покрыты колючей чешуей. Когда они выходили на сушу, чешуя лопалась. Животные менялись с виду. И их жизнь тоже менялась».

А откуда взялись влага и суша, как возникла земля?

Анаксимандр напрягал зрение, вглядывался в даль. И перед ним все дальше отступали в прошлое стены времени. Уже не было на земле человека, не было и самой земли.

Что же было?

Было «беспредельное» — основа всего.

Это беспредельное вещество наполняло бесконечное пространство Оно не было мертвым и неподвижным. Оно было полно движения. Из него возникали миры. Единое распадалось надвое: холодное отделялось от горячего, суша — от влаги. Мир облекала огненная сфера. Она разрывалась на кольца, и из этих колец возникали светила.

Так рождались миры. И в то время как одни миры возникали, другие уничтожались.

Никогда не прекращается это вечное творчество природы. Оно не может прекратиться: ведь то, из чего творит природа, не может иссякнуть.

Анаксимандр вспоминал слова своего учителя Фалеса: «Вода—начало всего». «Нет,— думает Анаксимандр,— вода не может быть началом всего. Она не безгранична. Даже у океана есть берега. А у океана материи нет берегов. И у океана времени нет пределов».

Анаксимандр оглядывался кругом. Есть ли что-нибудь вечное? Рождаются и умирают люди, создаются и рушатся царства, возникают и погибают миры. Одно только вечно: движение. У него нет начала и нет конца.

Так наука раздвинула до беспредельности и стены пространства, и стены времени.

Но как еще далеко от этих первых догадок до полной уверенности! Догадка, подобно зарнице, ярко освещает мир. Но и мгновенье не кончилось, а зарница уже погасла.

Даже у лучших учеников Анаксимандра кружилась голова, когда они пробовали заглянуть в беспредельное пространство. Они торопились снова воздвигнуть хоть какие-то стены вместо разрушенных.

И вот вокруг Земли опять сверкает твердый небесный свод — огромный хрустальный шар.

В этот небесный шар звезды вбиты, как золотые гвозди. Он вращается вокруг Земли, словно круглая шапочка вокруг головы. А между Землей и небом носятся осенними листьями Солнце, Луна, планеты.

Так представлял себе мир ученик Анаксимандра — Анакси-мен.

Это было отступлением, хотя и неполным. Земля опять была одета небесной скорлупой, но эта скорлупа уже не прилегала к краям Земли, а была далеко отодвинута.

Зато в другом Анаксимен пошел дальше учителя.

Анаксимандр еще не отличал звезд от планет. А Анаксимен уже догадывается, что звезды и планеты — это не одно и то же, планеты ближе к земле, они блуждают в пространстве. А звезды — дальше. Оттого-то звезды и не греют, что они далеко.

Анаксимен вглядывается в небо, смотрит, как возникают облака, как загорается в небе радуга, когда лучи солнца не могут пробиться сквозь густое и темное облако. Он прислушивается к шуму ветра, летящего быстрее птицы. И он думает: что же такое материя — первое вещество, из которого все возникает?

Это не вода. Вода потушила бы огонь.

У воды есть берега, а то, из чего все возникает, должно заполнять весь мир.

Что же это такое?

Беспредельное? Но что такое беспредельное? Даже Анаксимандр и тот не мог это определить.

Ученик хочет пойти дальше учителя. Он ищет в природе вещество, которое могло бы заполнять собой весь мир и быть началом всего.

Уж не воздух ли это?

Когда воздух сгущается, образуются облака. А если он уплотняется еще больше, начинает идти дождь. Бывает, что капли дождя замерзают. Тогда выпадает град. А если замерзают сами облака, идет снег.

Но если так, думает Анаксимен, то, сгустившись еще больше, воздух может стать землей, стать камнем. А из земли вырастают деревья, возникают животные.

Так Анаксимен приходит к выводу — все образуется из воздуха. И все обращается в воздух. От воды поднимается туман. Дерево сгорает и превращается в дым.

Частицы воздуха то сходятся ближе, то расходятся. Это движение частиц породило и Землю, и Солнце, и звезды. Это движение вечно. Оттого-то мир и вечно изменяется. Взор ученого впервые начинает проникать в глубь вещества.

Давно ли людям казалось, что песчинка — самая маленькая из вещей? И вот Анаксимен догадывается, что есть такие маленькие частицы, которых не увидишь и глазом.

Рушится еще одна стена. За ней открывается простор Малого мира.

И человек снова идет в Малый мир, чтобы найти там ключ к Большому миру вселенной. Движением крошечных, невидимых частиц воздуха он хочет объяснить возникновение огромных миров. Пусть это объяснение еще неточно. Но отсюда уже идет путь к учению об атомах.

Оставьте комментарий!

grin LOL cheese smile wink smirk rolleyes confused surprised big surprise tongue laugh tongue rolleye tongue wink raspberry blank stare long face ohh grrr gulp oh oh downer red face sick shut eye hmmm mad angry zipper kiss shock cool smile cool smirk cool grin cool hmm cool mad cool cheese vampire snake excaim question

Используйте нормальные имена. Ваш комментарий будет опубликован после проверки.

Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

(обязательно)